ПЕРЕВОДЧИК. ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ.

Глава первая здесь.

Я отложила резюме и задумалась об Айле: что-то она давно не звонила. Дело в том, что мы стали после этой истории закадычными подругами.  

Из распиравшей меня благодарности я с первой зарплаты пригласила Айлу в русский ресторан, она не отказалась, видимо, не желая меня обидеть и мы отлично провели тогда время.  

А потом мы очень часто были вынуждены вместе просиживать на разных собраниях и заседаниях всевозможных проектов, и Айла обычно сразу усаживалась около меня, хотя знала и других заседавших. После этих собраний мы часто шли в кафе или в бар, а так как Айла была разведена и семьи у нее не было, она домой особо не торопилась.  

Как-то раз Айла позвонила мне на работу и, около получаса витая вокруг да около неожиданно попросила:  

— Мне нужна твоя помощь … может быть нужна … а может и нет… не совсем обычная помощь …  

Я никогда не слышала от всегда необыкновенно четко изъясняющейся Айлы такого лепета.  

— Ну, мне однажды мой бывший муж сказал, что я неженственная … и — она перешла на дрожащий шепот. — несексуальная… так вот я тут подумала … если бы …  

Я не выдержала.  

— Тебе кто-то понравился, ты не хочешь второй раз наступить на те же грабли и хочешь пойти со мной по-магазинам, — рассказала я Айле о ее проблеме.  

— Ну вот, — разочарованно протянула Айла. — Какая ты противная … откуда ты все знаешь?  

Айла должна была блеснуть на корпоративной вечеринке, и я отнеслась к заданию по ее преображению с полной ответственностью и большим удовольствием, потому что сутками могла бегать по магазинам, высунув язык.  

Зная о разнице наших вкусов, шагающая рядом со мной по Булеварди Айла всем видом своим напоминала пациента с огромным флюсом, идущего к стоматологу. С одной стороны ему страшно не хочется к стоматологу идти, а с другой стороны выбора у него нет абсолютно никакого — зуб-то болит и болеть переставать не собирается.  

Мы направлялись в бутик к Любе.  

Люба уже ждала нас. Она встала напротив Айлы, уперев руки в боки и принялась очень внимательно её рассматривать. Потом она деловито произнесла:  

— Всё ясно.  

И удалилась в сторону склада.  

Следующие два с половиной часа напоминали ледовое побоище. Люба убеждала Айлу хотя бы примерить ярко-красное роскошное итальянское платье, верх которого держался на одной серебряной цепочке, окружающей шею. Айла в ужасе взирала на этот наряд голливудского уровня, видимо сожалея уже обо всей затее. Она в отчаянии хваталась за какие-то чёрные и болотные невзрачные тряпки, как падающий в колодец пытается зацепиться за проросшие в стенах колодца корешки. Но она не знала Любы. Если Люба что-то задумывала   …

Впрочем, читатель-то с Любой уже знаком.  

Наконец, платье было практически насильно надето. Вытирая пот со лба, мы разглядывали Айлу.  

На её стройной фигуре платье сидело великолепно. Айла разглядывала своё отражение в зеркале с полнейшим недоумением, явно мечтая сорвать с себя этот ужас и задать стрекоча подальше от этих двух сумасшедших русских. Она ёжилась — вся спина была открыта и спереди вырез доходил до расшитого серебрянными узорами широкого пояса.  

— Красавица, — удовлетворённо вынесла приговор Люба, судя по-всему больше довольная своим профессионализмом в выборе одежды, чем поёживавшейся и неловко скукоженной Айлы.  

Айла выглядела всё-таки как-то нелепо — она явно не знала, куда девать руки и как держать спину, и напоминала шкодливого перверси-мужа, в отсутствии жены примеряющего её вечерние туалеты.  

Объект преображений снял свои очки в тёмной и толстой оправе.  

— Вот так-то лучше, — похвалила Люба.  

— Лучше, но в большей степени от того, что я вообще ничего теперь не вижу, — проворчала Айла. Но ворчание было полудовольным.  

— И какой же лифчик я под это платье одену?  

— Лифчик? Какой лифчик! Насмешила …  

— Нет, нет, нет! Это же такое … яркое, сексуальное платье!  

— А ты что хотела? Выглядеть сексуально в сером трикотажном свитере до колен и в своих калошах?  

Айла задумалась. Вдруг, решительно вздохнув, отправилась в примерочную кабинку. В течении некоторого времени оттуда сначала доносился шум борьбы с платьем незнакомой конструкции, а затем тяжкие вздохи вперемежку с недовольным бормотанием. Мы с Любой терпеливо ждали результатов этой жестокого сражения Айлы с самой собой.  

Айла вышла из примерочной в своём сером костюме, но без очков. Она решительным и красивым жестом опустила аккуратно свёрнутое бесстыжее платье на прилавок перед Любой:  

— Беру!  

Впрочем, её красивый жест несколько пострадал от того, что она сослепу налетела на прилавок, чуть не снеся его.  

— Кого ты мне привела, — в недоумении прошептала Люба.  

— Сколько оно стоит? — Айла задала этот вопрос впервые, в отличие от нас Любой, всегда смотрящих сначала на этикетки.  

— Я тебе сделаю скидку на 70%, значит… — Люба постучала по калькулятору своими безупречными пальчиками. — это будет 550 евро.  

— На 70% — по дружбе? — изумилась Айла.  

— Ну … предположим, что на нём пятно, — Люба выразительно улыбнулась.  

— Пятно? — всполощилась недогадливая Айла. — Какое пятно? Я не хочу платье с пятном!  

— Да нет там никакого пятна! — не выдержала я. — Расплачивайся и пойдём. А то я Любу попрошу ещё и за туфлями с нами сходить.  

Это подействовало. Айла торопливо вынула кредитную карточку и начала с опаской поглядывать на Любины шпильки.  

— Это Люба в Финляндии такие туфли купила? — спросила Айла уже на улице, переводя дух.  

— Нет, эти вроде бы в Италии.  

— А почему она в вечерних туфлях на работе ходит?  

— Они не вечерние. Она их называет «невзрачненькие, для работы». Идём в обувной?  

— Нет, — честно и с тяжёлым вздохом сказала Айла. С меня на сегодня хватит, за туфлями пойдём в другой раз.  

Она вполне отошла от посещения Любы через неделю, и в обувном магазине ужасно ныла, выторговывая у меня каждый сантиметр каблука. Остановились на модели, в которой она могла не только стоять, но и передвигаться в пространстве.  

На вечере же случилось неожиданное — объект внимания Айлы, по-джентельменски заигрывавший с ней в офисе, не обратил на нее никакого внимания. Как потом оказалось — он ее не узнал.


Окончательно же нашу дружбу неожиданно скрепило одно из известнейших архитектурных сооружений Хельсинки.  

Тёплым летним деньком мы сидели с Айлой на скамейке на Эспланади. Эспланади, как Невский проспект в Петербурге, является местом, куда приходят людей поглядеть и себя показать, мы же выглядели после работы, как две растрёпанные швабры и предпочли сосредоточиться на первом занятии, с величайшим интересом разбирая проходящих по бульвару по-косточкам.  

Невдалеке от нас продефилировала куска отчаянно вопящих итальянских туристов, один из которых исполнил к удовольствию находящихся в их группе дам замысловатый африканский танец прямо посреди бульвара. Насмеявшись на этим клоуном мы заговорили о постоянном чувстве скованности, не покидающей среднестатистического финна. «Что этот слон думает обо мне?» — никогда и ничего нельзя сделав не подумав о знаменитом животном из этого известного финского анекдота. Если выпить как следует, тень огромного слона, неизвестно что о тебе навоображавшего, вроде бы отодвигается, до тех пор, пока не протрезвеешь и не начнёшь в ужасе соображать, что ты наговорил в пьяном виде.  

— И ведь, всё это понимая, я — такая же, — удивлённо заметила Айла.  

— Понимание — один из ключевых этапов на пути к исправлению, — ответила я.  

— Возьмём по мороженному? — спросила Айла. — Жара такая, что я бы с удовольствием в фонтан залезла.  

Фонтан Хавис Аманда неподалёку распространял вокруг дымку свежести.  

Мне пришла в голову отличная мысль. По-крайней мере, тогда она мне показалось отличной. Дело в том, что я обычно так быстро начинаю обращать мысли в действие, что только значительно позже начинаю думать, действительно ли это была умная затея.  

— Ну вот, замечательный момент, чтобы прогнать слона!  

Айла с удивлением оглянулась:  

— Какого слона?  

— Пошли.  

Я потащила обалдевшую Айлу к фонтану.  

Около фонтана я отняла у неё огромный портфель и поставила его на песок.  

— Снимай туфли, — коротко приказала я. Теперь я буду командовать парадом.  

— Зачем?- ещё более оторопело спросила Айла.  

— Потому что ты в них утонешь. Они у тебя каждый наверное, по пять килограммов весят, — недовольно пробурчала я, снимая свои лёгкие итальянские шпильки я с неудовольствием поглядывая на мужские ботинки, бывшие, как всегда, на ногах у деловой женщины.  

— В фонтане?  

— В фонтане.  

Айла не двигалась. Ну, может после этого ей придётся выкинуть этих обувных монстров.  

— Ты что делаешь? — уже почти в панике вопила Айла, когда я начала тянуть её к радостно журчавшему фонтану.  

— Не полезу, не полезу в фонта-а-а-а-н! Ты сумасшедшая!  

В следующее мгновение мы уже стояли в фонтане. Айла смотрела то на меня, с полным негодованием, то в ужаса оглядывалась на уже начавшую интересоваться нашем импровизированным купанием толпу, очевидно, боясь, что её увидят знакомые или коллеги.  

Я наклонилась и зачерпнула горсть прохладной воды, а потом швырнула её в Айлу.  

Обалдевшая Айла рассвирипела на меня настолько, что тут же набрав воды в два раза больше торжествующе вылила её на меня.  

И, через несколько мгновений, толпа гуляющих могла насладиться зрелищем, которым не каждый день радует бульвар Эспланади: две дамы за тридцать, в деловых костюмах и блузках, резвились в фонтане с громкими криками окатывая друг друга пригоршнями воды.  

Обе вошли в азарт: костюмы промокли насквозь и начали прилипать, сковывая движения, что делало их ещё более нелепыми, косметика у одной из них растеклась по всей физиономии, вследствие чего она напоминала по-боевому настроенного папуаса, вступившего в схватку за просторы родной Африки с белым колонизатором. Дамы использовали порой весьма подлые приёмы в виде подталкиваний и подножек, в результате которых вскоре обе уже сидели на дне фонтана, вяло пошвыривая друг в друга водой давясь от обессиливающего смеха.  

Народ был в восторге. Финны решили, что у нас девичник, и дружелюбно смеялись, а туристы, в изобилии гулявшие по Эспланади получили от известного бульвара массу интересных впечатлений.   Интересно, во скольких странах мира люди разглядывают теперь фотографии, на которых две дамы резвятся в фонтане …  

Оказавшаяся неподалёку группа японских туристов немедленно устремилась к месту действия и затрещала камерами, самые усердные из них, производили видиосъёмку даже тогда, когда насквозь мокрые и необыкновенно довольные мы выползали из фонтана.  

Они захлопали и нам с Айлой ничего не оставалось, как отвесить им изящные реверансы.  

До машины Айлы мы шли почти согнувшись пополам, потому что нас смешили удивлённые взгляды прохожих, для которых было немало оснований — взглянуть хотя бы на то, во что превратились башмаки Айлы. Хотя я сама особой разницы не заметила.  

Но ведь мы всё это проделали совершенно трезвыми! Долой слона!  

В машине я посмотрела на Айлу повнимательней. Нахохотавшись до слёз она выглядела на десять лет моложе.  

— Что мне с тобой сделать? — спроила она, как мамаша с укоризной, но с нежностью спрашивает у нашалившего, но горячо любимого дитяти.  

— Только не покупай такие же туфли взамен старых — это слишком тяжёлое наказание.  

— А ты знаешь, своей идиотской выходкой ты сделала то, что мой психоаналитик не смог сделать за несколько лет — я давно не чувствовала себя такой свободной.  

Я не знала, что у Айлы есть психоаналитик.  

— Ну, если я так здорово помогла тебе сэкономить на психоаналитике …  

— И не мечтай, — засмеялась Айла.    

Открывшая мне в тот вечер дверь Лизка застыла, глядя на меня и даже не мигая. Я уже начала бояться, что она вошла в транс и её придётся вести к детскому психиатру.  

Внезапно, Лизка очнулась и гневно, даже топнув ногой от возмущения, высказалась об увиденной ею картине:  

— Ты купалась, — уличающе произнесла она. — А мне не разрешаешь — птичий грипп, птичий грипп!

Глава двадцатая здесь.

Один ответ на “ПЕРЕВОДЧИК. ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ.

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s